Аналітична передача «Футбольний уїк-енд», 31.07.11, 23:30

1) Ведущий: Теперь по истории с нашим журналистом. После матча «Динамо» - «Рубин» в микс-зоне, где берут интервью у футболистов некий работник стадиона «Динамо» ударил И. Бурбаса. Причина − не тот вид аккредитации. Свидетелями инцидента стали многие журналисты, еще солнце не взошло, а нам уже звонила «Телекритика» с просьбой о комментариях. Честно говоря, делать из этого какую-то публичную историю не хотелось. Изначально смотрелось, что там, на стадионе, какой-то неадекватный человек. В связи, с чем я написал официальное письмо И. Суркису с просьбой, чтобы данный персонаж принес свои извинения журналисту. А вот дальше началось то, что заставляет слово «неадекват» к сожалению, употреблять уже во множественном числе, мы получили официальный ответ за подписью первого вице-президента «Динамо» В. Сивкова, в котором было написано, что сюжет, показанный на телеканале «Футбол» касательно данного инцидента не убедил их. Они даже много раз его просматривали, пересматривали. В сюжете, по всей видимости, нужно было показать некие травмы, кровь, чтобы это стало аргументом, равно, как исходя из ответа товарища Сивкова, вполне объяснимо и логично, что рукоприкладство на стадионе, в принципе, приветствуется, если съемочная группа берет интервью в неком не положенном месте. Знаете, после такого складывается впечатление, что некоторым людям в нашем футболе не дает покоя слава команды «Газмяс». Сюжет мы и сейчас посмотрим, и он снова таки не раскроет всех деталей инцидента. А знаете почему? Потому что в микс-зоне журналисты пишут футболистов, они не снимают там экстрим упражнение. О жизни на Марсе А. Бублий.

Автор сюжета: Это случилось после матча «Динамо» - «Рубин» во дворике стадиона, где всегда журналисты записывают послематчевые интервью с игроками. Наш корреспондент И. Бурбас пытался взять комментарии у М. Нинковича.

И. Бурбас: Мілош Нінковіч йшов до своєї автівки і ми писали з ним інтерв’ю по дорозі. І людина, я так розумію охоронець, відштовхував нашу камеру, не даючи записати інтерв’ю. Хоча сам Нінковіч був не проти дати інтерв’ю.

Автор сюжета: Упомянутого человека хорошо видно на этой картинке, вот он в белой футболке с эмблемой «Динамо». Он всячески пытается помешать журналистам, записывать интервью. Обратите внимание, минутой ранее этот человек спокойно реагирует на то, что рядом с Нинковичем идет явно не журналист и рассказывает Милошу о «Манчестер Сити».

И. Бурбас: Цей чоловік підбіг до мене у мікс-зону вхопив мене за акредитацію, яка висіла в мене на шиї. Я представився, як телеканал «Футбол», які проблеми? І він мене силоміць почав виштовхувати з мікс-зони. Після цього він завдав мені удару по нирці і зник.

Автор сюжета: На этом видео уже конец скандального эпизода. В микс-зоне камеры направлены только на футболистов, а не на то, чтобы качественно фиксировать удары. Но в своем официальном письме «Динамо» основывается только на эту картинку и не считает этот случай хулиганскими действиями. Более того, игнорирует свидетелей инцидента.

В. Цимох, журналист: Этот человек, когда уходил, сделал, то, что я вообще никогда не видел в своей журналисткой практике. Он его исподтишка ударил. Игорь уходит и становится спиной к нему, а он его по печени, как стукнет.

Журналист (с вопросом к еще одному свидетелю инцидента): Ви бачили, як Ігоря вдарили.

В. Бичок, журналист: Так я бачив. Камера не зняла сам момент удару, як Ігоря струснув зняла, я особисто бачив своїми очами і не тільки я, це бачили півтора десятка журналістів.

Н. Несенюк, директор департамента ФК «Динамо» по работе со СМИ: У нас ніколи, ніхто журналістів не бив. Це чистої води провокація, ніхто цього журналіста не бив. І його квітуча фізіономія у вашому сюжеті це підтверджує. Хай би він показав де те місце, де його побили. Людина побита виглядає не так, я знаю, як виглядають побиті люди.

Автор сюжета: Простите, но откуда вы взяли, господин Несенюк, что нашего журналиста, вас цитирую, избили? Об этом речь с самого начала не шла. Игоря Бурбаса, подчеркиваю − ударили, а не избили. Или для вас ударить, не значит совершить противоправное действие? Или обязательно должны быть смертельные конвульсии на асфальте? Смысл события состоит в другом: никому не позволено быть человека. Будь то журналист, дворник или болельщик. И не важно, какой силы был удар, главное, что он был. Вот в чем вопрос.

В. Цимох (смеясь): Не в бронежилете же брать интервью у футболистов. Мы ж не в горячих точках. Получается, что мы, как в Ираке − горячие точки на стадионе «Динамо».

Автор сюжета: Приходим к следующему пункту. Все же, кто этот человек, который бьет так, что бы было и больно и незаметно?

В. Цимох: Этот человек частенько такое себе позволяет. Я не раз становился, не скажу слова - громкая жертва. Но когда бежишь за футболистом, чтобы взять интервью, то насколько грубые отталкивания, что я, как хрупкий мальчик, могу отлететь.

В. Бычок: Що це за людина? Я не знаю. Я часто його зустрічав на стадіоні «Динамо», у нього якісь є функціональні обов’язки, але ні посвідчення, чи якогось бейджика…

Н. Несенюк: Це не працівник клубу, це не охоронець клубу. Його звати Ігор. Я не знаю його прізвища. Він у нас не працює, він приходить, є такі люди, він готовий безплатно для команди валізу понести. Добре, хоче людина, фанат футболу − любить «Динамо», хай походить, поносить. Він взагалі друг футболістів, біля футболістів ходить допомагає.

Автор сюжета: А вот в официальном письме «Динамо», кстати, за подписью первого вице-президента клуба В. Сивкова, почему-то употребляется именно слово - охранник. Так кто же он? Если друг футболистов и не работник клуба, то почему он находится в подтрибунных помещениях стадиона и даже в микс-зоне? И самое главное, какое имеет право друг футболистов выталкивать репортеров и проверять у них аккредитации? И еще в официальной бумаге «Динамо» говорит и том, что журналист И. Бурбас нарушил регламент, пытаясь взять интервью за пределами отведенного для этого, места.

Н. Несенюк: Журналіст з оператором бігли за футболістом по автостоянці не в мікс-зоні. Тобто вони взагалі не мали право там бути. Подивися я б, як вони бігли в Мадриді, чи Барселоні, чи в Лондоні. Хто б їх туди пустив?

Автор сюжета: Как следует связать то, что журналиста ударили и то, что он нарушил Регламент? Или в футбольных законах прописано − за нарушение Регламента можно бить? Интересно, а согласно Регламенту, позволительно ли в микс-зоне находится болельщикам? Ведь, как назвать людей, которые берут автографы и фотографируются после матча с футболистами. Или это все пресса? Так для сравнения − это микс-зона испанской «Барселоны». Найдите тут хоть одного человека, который брал бы автографы или фотографировался на память.

В. Цимох: Что самое интересное, рядышком футболисты фотографируются с абсолютно неизвестными людьми, каким-то болельщиками, которые непонятно, что делают в микс-зоне, тем самым мешая работать журналистам.

Автор сюжета: Но Бог с ней, с микс-зоной, суть ведь в другом. И факт остается фактом. После матча «Динамо» - «Рубин» в микс-зоне ударили нашего журналиста. Но вместо извинений, «Динамо» всячески пытается оправдать человека, который по их, же словам, даже у них не работает.

Ведущий: Это только, кажется, что абсолютно не понятно: как, зачем и почему ищутся объяснения неадекватному поведению работника стадиона. Один человек ударил другого, оказывается, причины для оправдания есть. Вот что удивительно. А я в принципе думаю, что причина этого всего кроется в том, что некоторые работники клуба, элементарно не справляются со своими обязанностями и свои ошибки пытаются компенсировать вот таким дешевым заигрыванием с публикой. Это уже вряд ли поможет, потому что о проблемах на стадионе, об опасности, открыто говорят и сами болельщики. А то, что у нас стюардов избили, значит, сами напросились, дали под зад арбитру, значит, заслужил арбитр. Журналиста ударили, нечего шататься с неправильной аккредитацией. После всего этого мы поступили иначе. Мы подали открытое письмо в Кабинет министров и Прокуратуру Украины. Вот теперь друзья, вы уже убеждайте их, потому что нам вас убеждать больше не в чем.